Просто так

[ahajtin]

На сдачу со «шкурки» Моник купил полведра роутеров, диспенсер и два почти елочных шара репитеров. В этом был глубокий символизм – потрать последние в жизни деньги на столь благое и бескорыстное, хотя и мелкое дело. В любом случае эльфам деньги не нужны, а Моник уходил в лес и возвращаться оттуда не собирался.

За неделю до того он наконец завершил мучительную процедуру ликвидации имущества. Неожиданным образом самой долгой оказалась продажа комнаты, так что последние недели он жил в комнате без всякой мебели, да и вообще без всего, потому что все барахло ушло через аукционы гораздо раньше. Поскольку дело было не в деньгах, а в ликвидации имущества, продать удалось все. Оставшиеся неликвиды были проданы на вес за самовывоз и пачку молока.

Гражданский паспорт вместе с гражданством Моник поменял на чип и татуировку, освобождавшие его от гражданских обязанностей, более или менее почетных и неизменно обременительных. Вместе с обязанностями он сдал и права, теперь он оказался вне закона. Закон ничего от него не хотел, но и защищать Моника не собирался. Защитой Монику были довольно чахлые традиции, да еще носимое снаряжение, которое превращало его из жертвенного агнца с неплохой шкуркой в крыску, которая хоть и не особо здорова, но очень уж неприятна. Тем не менее, как и любой юный эльф без клана и родни, лучшее, что он мог сделать – быстро и незаметно слинять подальше от крупных скоплений людей.

Он вышел в предрассветных сумерках, заранее озаботившись тем, чтобы не вляпаться в неприятности еще в городе. Самые гадости как раз так и происходили: выходит эльфик из парадной, направляется за город и прямо тут же, не доходя до леса, превращается в ограбленный труп. Благо движимое имущество эльфа штука редкая и стоит дорого. Даже за вычетом того, что отобрать нельзя, потому что оно тут же «дохнет». Вот если Моника убить, или там оглушить, и снять с него «шкурку», то толку не будет никакого – шкурка «сдохнет» вдали от хозяина и прибыли грабителю не будет. Закон же эльфами не интересуется, разве что грабитель не уберет труп и придется ему платить штраф за свалку мусора в неположенном месте. Так что Моник счел за лучшее подготовиться и теперь, уже под ранним солнцем, входил в лес.

Город остался сзади, хотя через кроны еще просвечивали высотки, трубы и разнообразные вышки. Пригороды надо было пройти быстро, примерно так, как черепашата валят через  пляж, чтобы не сожрали интересующиеся. В пригородах можно было натолкнуться на всякую переходную нечисть. Эльфы, не вписавшиеся в эко и промышляющие на стыке города и леса, приключенцы-охотники из города и прочее и прочее. Из обширных лесопарков их гоняли, но эльфу в лесопарк хода не было, он там тоже шел по разряду нечисти. Так что идти пришлось через лес для лесопарка негодный – густой и болотистый.

«Шкурка» свое отрабатывала – подстраивалась под освещение, регулировала влажность и всячески создавала комфорт. Сигнал ничейной сети ослаб, и Моник, утомленный весом коммуникационного барахла, начал распылять роутеры.

Роутеры, как и всю ничейную сеть, создали почти случайно. Началось с того, что в поисках источника энергии для малопотребляющих устройств начали использовать излучение сотовых сетей и других источников, ЛЭП, например. Так что энергию для мелких поделок стали черпать из излучений телекома и промышленности. Очень быстро источник питания «из воздуха» стали совмещать со всем подряд: с датчиками, микророботами и прочей фигней. Наиболее удачной и тиражной стала «пыль» - роутер, который давал жалкий сигнал, с трудом пробивающий несколько метров, но способный стыковаться с соседями, такими же роутерами. С этого момента начала расти ничейная сеть: «пыль» разбрасывали по лесу, создавая причудливое и неоднородное «поле связи», позволяющее любому выйти в глобальную сеть, не имея никакого собственного подключения. Система была проста и надежна, если подбрасывать очередные порции «пыли» по мере надобности. Для пущего удобства применяли более крупные устройства, которые делали блестящими и привлекательными для птиц, чтобы их уносили в гнезда повыше. С питанием у таких игрушек дело обстояло сложнее, приходилось комбинировать солнечные батареи, термопары и прочую фигню, зато, покрывая значительную площадь, они резко поднимали скорость связи.

За часик Моник распылил свои роутеры по лесу, выложил на открытые места оба репитера на радость сорокам, как он надеялся, и окончательно ушел от города. Дело было за малым – вписаться в эко.

Comments

[skvo.livejournal.com]

Пиши еще!

[tinakhai2012.livejournal.com]

А что было дальше?